Экспертный журнал

Концессии и инфраструктурные инвестиции

15 апреля 2020 г.

Светлана Дубинчина в годовом докладе НАКДИ анализирует ключевые инструменты защиты прав инвестора в концессионных соглашениях

Директор в Блоке инвестиционных соглашений АО «ВЭБ Инфраструктура» Светлана Дубинчина отмечает, что в связи с тем, что концессионное соглашение по-прежнему остается одним из ключевых договорных форм, применяемых для реализации инвестиционных проектов, развитие правоприменительной практики в отношении данного вида соглашений отражает степень адаптации механизма к практике деловой активности в сфере инфраструктуры. Экспертная статья Светланы Дубинчиной «Ключевые инструменты защиты прав инвестора в концессионных соглашениях и их тестирование правоприменительной практикой 2019 года» опубликована в Годовом докладе по результатам независимого мониторинга «Концессии в России-2019. Основные итоги и тренды».

Если говорить о судебной практике, то жизнеспособность конкретной договорной модели отражается: в общем количестве соглашений; широком применении в отношении условий соглашений классических элементов договорных обязательств, урегулированных основными кодифицированными нормативными актами, регулирующими договорные институты; широтой и разнообразием аспектов соглашений, являющихся предметом рассмотрения судами. Судебная практика по концессионным соглашениям приобретает обширные масштабы (только по концессионным соглашениям в секторе ЖКХ число судебных дел превысило 900 штук), при этом общий тренд – глубокое исследование обязательственной природы концессионного соглашения с преимуществом ссылок на общие положения ГК РФ и судебной практики в отношении применения соответствующих статей общей части обязательственного права и общих положений о договорах.  

Так, предметом рассмотрения в судах выступают, как вопросы, связанные с заключением и конкурсными процедурами, так и вопросы, связанные с прохождением инвестиционной стадии проекта, внесением изменений в соглашение, вопросы применения договорных санкций, вопросы регулирования эксплуатационной стадии и тарифообразования, вопросы расторжения соглашения, вопросы применения вещных прав в отношении объекта, компенсации при расторжении, признания недействительным и незаключенным соглашения. 

2019 год не был годом радикальных и «звездных» судебных решений а-ля «Башкирское дело», однако, он был годом «проверки на прочность» ключевых краеугольных инструментов защиты прав инвесторов, вокруг которого строится основная система управления инвестиционным риском применительно к концессионным соглашениям в финансовом секторе: 

1. гарантии компенсации при расторжении концессионного соглашения (пункт 5 статьи 15 Федерального закона «О концессионных соглашениях», 

2. дедушкина оговорка и оценка вопросов сохранения защиты прав и интересов инвестора в случае изменения законодательства (пункт 1 статьи 20 Федерального закона «О концессионных соглашениях»), 

3. минимальный гарантированный доход: подход к его формированию и соотнесение его размеров с вопросами необходимости возврата вложенных инвестиций, 

4. раскрытие долгосрочной и комплексной природы концессионного соглашения, в том числе через формирование подхода к конкретизации технико-экономических параметров объектов концессионного соглашения в условиях отсутствия проектной документации на этапе его заключения. 

Гарантия компенсации при расторжении 

Гарантия компенсации при расторжении концессионного соглашения рассматривается как ключевая гарантия возврата инвестиций в создание объекта концессионного соглашения, поскольку фиксирует обязательство публичной стороны вернуть вложенные инвестиции, а, следовательно, и обеспечить возврат выданных заемных денежных средств. В общем массиве кейсов выделяется и позитивная, и негативная практика для инвесторов, при этом обращают на себя внимание два момента: 

1) суды признают, что стороны могут диспозитивно урегулировать объём и порядок возмещаемых расходов, уменьшив размер возмещаемых инвестиций и определив порядок и сроки такого возмещения (Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 01.07.2019 № Ф02-2409/2019 по делу № А10-514/2018), при этом суды указывают, что пункт 5 статьи 15 Федерального закона «О концессионных соглашениях» применяется при расторжении концессионного соглашения в судебном порядке, в этой связи расторжение концессионного соглашения по соглашению сторон не охватывается случаями, урегулированными в указанной норме, 

2) суды указывают на установление защиты в соответствии с пунктом 5 статьи 15 Федерального закона «О концессионных соглашениях» вне зависимости от того, в связи с нарушением обязательств концессионером или концедентом расторгается концессионное соглашение (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 19.12.2019 № Ф06-56014/2019), при этом концессионным соглашением могут быть определены иные последствия. 

Указанная практика требует более внимательного анализа условий расторжения и изменения концессионных соглашений при рассмотрении вопросов финансирования концессионных проектов финансирующими организациям, минимизируя возможность расторжения и изменения концессионных соглашений без согласия финансирующих организаций и обращая внимание на договорные ограничения выплаты компенсации при расторжении. 

С полной версией экспертной статьи Светланы Дубинчиной «Ключевые инструменты защиты прав инвестора в концессионных соглашениях и их тестирование правоприменительной практикой 2019 года» можно ознакомиться в Годовом докладе по результатам независимого мониторинга «Концессии в России-2019. Основные итоги и тренды». 

20.10.2021
Реклама

Концессионные облигации

Концессии и инвестиции

Коммунальные концессии

Государственно-частное партнерство

Региональные операторы по обращению с ТКО